Дети

Мы с Настей принялись глядеть по сторонам, чтобы разобраться, откуда доносился незнакомый нам голос. Вдруг я заметил, как в нашу сторону стремительно бежал рыжий кот, а за ним со всех ног гнался такой же рыжий парень невысокого роста. Судя по всему, он был младше меня на один или два года.

– Ребята, ловите Фомку! – закричал нам мальчик.

Я сразу не понял, почему парень гнался за котом, но всё же решил схватить Фомку. Возможно, он сбежал от своих хозяев. Я бросился коту наперерез. Кот заметил меня и тут же свернул вправо. Тогда я со всей силы оттолкнулся от земли, чтобы попытаться поймать его в прыжке. Я плашмя повалился на траву, но, вытянув руки вперёд, почувствовал, как ухватился за кошачий хвост. Кот завизжал, начал валяться по земле и попытался укусить меня за запястье. Через мгновение подбежал его преследователь и взял кота на руки. Тогда Фомка протестующе замяукал, но уже перестал кусаться.

– Спасибо тебе! – обратился ко мне паренёк. – Это наш кот Фомка. Он выпрыгнул из окна через форточку, как только увидел воробья, и начал его преследовать. А мы с родителями держим его дома, на улицу не отпускаем, вот я и испугался, что он удерёт куда-нибудь, и давай за ним! А он шустрый такой, разве за ним можно успеть? В общем, спасибо тебе, друг! Придётся теперь форточку закрывать. А как тогда духоту терпеть, ума не приложу.

Последние несколько фраз он произносил уже себе под нос, когда развернулся и побрёл назад, неся на руках Фомку, а тот, в свою очередь, продолжал голосисто выказывать своё недовольство тем, что его так безжалостно оторвали от охоты на птицу.

Тут в моей голове промелькнула потрясающая мысль.

– Настя, а на каком этаже ты живёшь? – спросил я.

– На первом, а что?

– А вы тоже в жару открываете форточку, чтобы проветрить?

– Не знаю. Я в своей комнате не открывала. Может быть, родители в своей и открыли, когда с утра на работу уходили.

– Вот что. Мы должны это проверить.

– Ты хочешь, чтобы я залезла в свой дом через форточку? – спросила Настя, хотя наверняка уже сама догадалась о моих планах.

– Да, мы можем попробовать, – ответил я. – Так мы сможем взять твой велосипед и оставить учебники дома. Кроме того, тебе не мешало бы переодеться. Не в школьной же юбке ты будешь кататься.

Настя дала своё согласие, и мы направились назад к её дому. Окно её комнаты выходило во двор, оно было заперто. Кроме того, во двор выходило кухонное окно, которое оказалось тоже закрытым. На той же стороне было окно родительской комнаты, но вскоре мы убедились, что и оно было заперто. Тогда у нас оставался только один вариант – проверить комнату дедушки, окно которой располагалось с торцевой стороны здания. Мы тотчас поспешили туда. К счастью, форточка этого окна оказалась чуть-чуть приоткрытой.

– Ну что, – обратился я к Насте, – вот и наш шанс попасть к тебе в дом.

– Я туда не полезу! – воскликнула девочка, вообразив, как ей придётся пролезать в это маленькое отверстие.

– Ты предлагаешь мне это сделать? – спросил я, осознавая, что получу положительный ответ.

– Да!

– Я чувствую себя жалким воришкой, – пробурчал я, карабкаясь на отлив.

Я положил руки на железную поверхность отлива и тут же вздрогнул – меня обжёг раскалённый на солнце металл.

– Смотри, чтобы никого рядом не было, – сказал я ещё более ворчливым голосом, – а то не хочу потом с милицией разбираться.

– Какой же ты трусишка, Ефим!

– И ты говоришь это человеку, которому ещё вчера выражала благодарность за храбрый поступок, – шутливо упрекнул я её.

– Тогда ты поступил храбро, а сейчас боишься, что тебя поймают, как серый заяц! – ответила Настя и захихикала.

Между тем я уже встал ногами на косой и скользкий отлив и что есть сил ухватился руками за оконную раму. Я с трудом просунул голову в форточку, но плечи мои уже упёрлись в деревянный каркас рамы. Я понял, что, кажется, не смогу пролезть внутрь.

– Ты бы лучше помогла мне влезть в эту чёртову форточку! Подтолкни меня, ну же! – скомандовал я.

Через мгновение я почувствовал, как что-то острое вонзилось мне в ягодицу.

– Ай! Что ты творишь? – завизжал я.

Я и предположить не мог, что? именно доставило мне такую неожиданную боль, поскольку голова моя была уже внутри и я мог видеть только то, что было передо мной.

– Ты же сам просил тебя подтолкнуть! – раздался голос Насти.

– Подтолкнуть, но не бить меня по попе острыми предметами. Что это такое? Ты вонзила в меня нож? – строил я догадки.

– Нет, это учебник по математике в твёрдом переплёте. Я не хочу хватать тебя руками за задницу! – брезгливо вскрикнула Настя.

– Тоже мне принцесса! – проворчал я, вытаскивая голову из форточки. – Тогда бери и сама туда полезай!

– Ни за что! Я боюсь.

– А я не пролезаю, – сказал я и спрыгнул на землю. – Ты стройная девчонка, ты пролезешь!

– Нет, пойдём лучше назад в сквер, – умоляюще попросила меня Настя.

Я ощущал глубочайшее чувство несправедливости из-за только что перенесённых мной лишений и решил, что Настя заслужила той же участи за то, что насмехалась надо мной.

– Нет уж! Мы с тобой выпили весь мой чай, а я сильно хочу пить. И мне нужно набрать воды в термос, чтобы хватило на обратный путь, – заключил я, – так что, Настюшенька, ты теперь обязана туда пролезть. Я тебе помогу!

Я подставил велосипед под окно, чтобы Настя смогла залезть по нему, как по ступеньке.

Увидев, что ей придётся легче, чем мне, Настя переменила лицо, ранее преисполненное неприязни и отвращения к подобному способу войти в дом. Она попробовала встать ногами на багажник велосипеда, а я крепко удерживал её за руку, потому что совсем не хотел, чтобы девочка поскользнулась и ушиблась, несмотря на то, как жестоко она вонзала в меня острый угол учебника. Настя ловко забралась на подоконник и просунула голову в форточку. Убедившись, что её плечи могут пролезть сквозь узкое отверстие, она попыталась оттолкнуться руками, чтобы бо?льшей частью тела оказаться внутри дома, но ей не хватило сил, она снова встала на отлив, едва не соскользнув с него. Я обхватил её за ноги и помог удержаться.

– Настя, давай я подтолкну тебя, – предложил я свои услуги, – я, в отличие от тебя, совсем не брезгую хвататься за твою попу.

– Вот ещё! Старый извращенец! Сама справлюсь! – ответная реакция не заставила себя долго ждать.

– Я всего на год тебя старше. Где же я старый? – возмутился я.

– Значит, малолетний извращенец!

С этими словами Настя ещё раз попробовала оттолкнуться, и на этот раз верхняя часть её тела оказалась внутри, а ноги продолжали барахтаться снаружи. Она, кажется, застряла и стала раскачиваться, как качели.

– Помоги! – раздался её глухой голос, обращённый внутрь квартиры.